Wednesday, 23 March 2011

biohazardmonkey: (спайдер иерусалим)
Originally posted by [livejournal.com profile] 31svoboda at Анонимы на марше
Российские анонимы присоединились к «Стратегии-31». В своём твиттере они разместили призыв к российскому народу.

«Анонимы» («The Anonymous») — международные «хактивисты», атакующие преимущественно сайты компаний, по их мнению, действующих во вред сайту Wikileaks. Представителем Анонимов считается хакер под псевдонимом Хладнокровный (Coldblood). От действий Анонимов пострадали платежные системы Visa, Mastercard, заморозившие счета Джулиана Ассанджа, и PayPal, отказавшейся принимать переводы на имя Ассанджа. Помимо этого атаке подверглись хостинг-провайдер Amazon, швейцарский банк PostFinance, EveryDNS, сайт шведской прокуратуры и сайт бывшего губернатора Аляски Сары Пейлин. Акцию по защите сайта Wikileaks Анонимы называют операцией «Расплата». Атаки «Анонимы» проводят при помощи инструмента LOIC.

В январе 2011 года в Великобритании были арестованы пять хакеров из группы хакеров под названием "Анонимы". В 2011 году хакеры "Анонимы" заявили, что начали скоординированные атаки на сайты правительства Египта. От действий хакеров уже пострадали ресурсы Министерства информации Египта, а также правящей Национальной демократической партии.

Текст обращения )

Видео-обращение

Про Анонимов на УльтраКультуре


#



«   »
расшифровка у аббревиатуры "З.Ы." - Зщые Ылкшзегь
biohazardmonkey: (шизофрения)
Если кто-то вдруг ненароком читал киберпанковскую литературу (как классическую, так и не очень), то наверняка отмечал её футурологичность. Многое из того, что описали Отцы-Основатели и их последователи в хорошем и среднем CP-fiction так или иначе реализовалось, как в техническом, так и в социальном плане. С другой стороны, тот мир, который нас окружает, и который начинающие поклонники КП жанра пытаются впихнуть в концепцию CiN настолько отличается от мира наступившего киберпанка, что говорить о футурологической состоятельности становится как-то даже не ловко.

Причём, если смотреть в частных примерах и узких областях, то иллюзия наступившего киберпанка становится почти осязаемой - общество действительно стало сильно инфозавимым за 20 лет стремительного развития этих ваших интернетов. А уж гаджетов и примочек «как из книжки» вообще пруд пруди. Но стоит лишь попытаться охватить сразу несколько областей реальности и сравнить их с литературным аналогом, как аналогия пропадает. Примеров много. Та же Матрица Гибсона оказалась никому не нужна, равно как и визуализованная сеть и разнообразные новые виды искусства. С одной стороны, это может быть связано с тем, что ранний киберпанк описывал события всё-таки отстоящие от нас не меньше чем на сотню лет (а порой и больше), с другой - киберпанк это всё-таки художественная литература, а не бизнес план человечества, да и создавали жанр журналисты, а не профессиональные аналитики. Но всё же эта недореализованность описанного в КП-прозе мира мне кажется следствием менее очевидных процессов, чем описанные выше.

Киберпанк плотно повязан с такими явлениями, как BEAT, панк, постмодерн и научная фантастика. С научной фантастикой всё понятно - к 80-м годам XX века она почти полностью исчерпала себя, но уже плотно закрепилась в головах и книжных лотках. BEAT (и особенно его мусорная звезда У. С. Барроуз) подарили новые выразительные средства и способы подачи информации. Панк и постмодерн же стали основой для философии предполагаемого нового мира ближнего будущего. Всё вроде бы ясно. Однако же нет. За внешней ясностью прячется своеобразный лабиринт парадоксов и взаимоисключений, наполненный многочисленными неопределённостями и ловушками.

Мало кто знает, но панк появился не на пустом месте. Этот своеобразный музыкальный стиль и его многочисленное потомство (включая индастриал, нойз, блэкметал, готическую культуру и всякую риветхедщину) связаны с таким течением марксизма (неожиданно, да?), как ситуационизм. Кто не верит мне могут посмотреть в википедии, или почитать у Михаила Сергеевича. А этот клятый ситуационизм, в свою очередь, связан с термином «Общество Спектакля», который Ги-Эрнест Дебор ввёл в одноимённой книге. (Книжка достойная и интересная, а главное - сильно популярная в соответствующих кругах.) В этом небольшом социологическом исследовании Дебор рассматривает современный ему мир и приходит к выводу, что мир уже не тот, что был при Марксе, и что товарно-денежная природа мира стала сильно зависеть от набора общественно-социальных иллюзий (Спектакля). Товар стал абстрактен, абстрактное стало товаром, и всё то, что раньше было чем-то одним стало нынче совсем не таким.

Киберпанковский мир, это мир, где и без того гротескный Спектакль становится абсурдным настолько, насколько привычным. Информационное общество, торговля информацией, информационные войны - переставление нулей и единиц, стоящее безумных денег. Вся инфраструктура КП настроена на информационность. Особо ценятся те, кто умеет информацию делать, искать, менять, уничтожать и охранять. Киберковбои, дипломаты, математики, курьеры, следователи, художники - герои киберпанка не производят физических ресурсов, если вообще хоть что-то производят. Естественно что КП-рынок наводнён устройствами обмена информацией и всем, что с этим связано. Естественно, что информационные потребности человечества удовлетворяются даже за счёт ресурсоёмких проектов. Именно поэтому в мире победившего киберпанка осваивается и ближний космос, и океан, и человеческий организм.

Потомок неравного брака кроваво-пафосного модерна и Копенгагенской интерпретации, аморфный, безыдейный, индифферентный и немного аутичный постмодерн пришёл в чертоги большой философии примерно одновременно с ситуационализм. Ввиду специфических особенностей постмодерна дата его начала практически не определима. Более того, при попытке поиска точки отсчёта можно внезапно обнаружить его практически в любой эпохе письменно-описанной эпохи.
Барроуз считал язык вирусом, постмодерн же, видимо, что-то вроде сотрясения мозга.
Если не оказывать мерзавцу внимания, которого он недостоин, но не полениться и проанализировать его особенности, то выяснится, что постмодерн практически неуязвим для прочих философий. Не имея единого стержня, единой идеологии и философской школы, он оказывается гораздо более реален (взаимодейственен), чем все его многочисленные предшественники и конкуренты, благодаря деконструкции он ещё и смертелен для любых идей имеющих хоть малейший намёк на бинарный выбор.

Молодые журналисты создававшие «Дешёвую правду» были знакомы и с панком и с постмодерном. Более того и то и другое считали перспективным и интересным, а битническая эстетика и научная фантастика оказались довольно-таки легко совмещаемыми с ними, так что киберпанку оставалось лишь обрести имя. Многообещающий жанр почти мгновенно нашёл аудиторию и был радостно принят субкультурами на вооружение. Панковская и постпанковская тусовки легко приобщались к атмосферности книг, написанных по влиянием их же атмосферы. Всеобщему казуальному отказу от взгляда в постапокалиптическое будущее (конец Холодной войны, как никак) противопоставлялось неизбежное будущее антиутопического хай-тека, с новыми наркотиками, преступниками и войнами, но совершенно без общепринятого возвышенного пафоса. К сожалению новоиспечённые классики не учли, что в постмодерне пафоса нет совсем. Как нет идеи, цели, задачи. А в их мире и у корпораций и у простых людей всё это было. Встроенная в само тело киберпанка, деконструкция вместо того, чтобы разрушать всеобщие заблуждения разрушала внутреннюю целостность.

В нашем, как бы реальном мире, потребность в товаре мало связана с его функциональностью; даже более того - функциональность уже довольно давно не предлагается, а навязывается. Постиндустриальное производство избыточного товара вместо того чтобы разрушить экономику (способ распределения ресурсов) расширяет его. В новом мире товар лишь точка приложения денег, которые в свою очередь, не более чем обозначение покупательной способности. Товар и деньги существуют лишь в момент обмена, но своим существованием обеспечивают работу многих людей и производств, и чтобы этот обмен не прекращался требуется всё больше и больше специализированных организаций ответственных за поддержание непрерывной ротации. Товарно-денежные отношения теперь лишь симулякро-симулякровый, и процес обмена - информационный. В такой среде никому и в голову не придёт делать полнофункциональную вещь для рынка. Социум замкнутый на себя не порождает реальности, а лишь теряет её.

Стерлинг, определяя киберпанк говорил следующее:
Всё, что можно сделать с крысой, можно сделать и с человеком. А с крысой мы можем сделать почти всё. Об этом тяжело думать, но это правда. И это не исчезнет, если мы закроем на это глаза. Вот что такое киберпанк.

Если убрать из фразы пафос, а всё реальные, вещественные объекты заменить на симулякры, получится реальный мир, но вовсе не киберпанк, так как не останется панка, привязанного к реальности по определению.

Как так получилось, что киберпанки описывали реальные вещи, которые так никто и не сделал, а реальность предлагает огромный перечень товаров лишь выглядящих именно так, и требует платить за эту похожесть? Сложно сказать. Может статься, что это временное явление: амортизация технологического прорыва двадцатого века или просто поиск человечеством способа саморегулирования альтернативного мировой войне, а может это неизбежная стадия перед каким-то переходом на новый уровень развития. Так или иначе наступившее ближнее будущее оказалось совсем не то, что предполагалось и желалось, точнее, не совсем то. Подобно фальшивой ёлочной игрушке - выглядит так же, а радости никакой - поддельное будущее пришло в мир, в котором в котором никто не знает ни критериев истинности будущего, ни способов его нахождения. «Общество Сокращённой Интерактивной Телеверсии Ремейка Спектакля»

«   »
Одежды в шкафу жены должно быть так много, чтобы никакой любовник не смог туда поместиться.

Profile

biohazardmonkey: (Default)
biohazardmonkey

August 2011

S M T W T F S
 123456
78910 111213
1415 1617181920
21222324252627
28293031   

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Monday, 25 September 2017 02:27
Powered by Dreamwidth Studios